аюб 14

У рождённого женщиной человека
    короток век, но полон скорбями.

Он, как цветок, прорастает и вянет,
    ускользает, как тень, не задерживается.

И на нём задержал Ты взгляд?
    И его^[a] Ты на суд ведёшь?

Ты знаешь, что он нечист,
    зачем же ожидаешь от него чистоты?^[b]

Если дни его установлены,
    и число его месяцев Ты сосчитал,
    и поставил рубеж, который он не преступит,

то отведи от него Свой взгляд, оставь его в покое;
    пусть он, как батрак, порадуется своим дням.

Ведь и для дерева есть надежда:
    если срубят его, оно оживёт
    и снова пустит побеги.

Пусть корни его одряхлели в земле,
    и пень омертвел в пыли,

чуть почует воду – расцветёт
    и пустит ветви, как молодое растение.

А человек умрёт и исчезнет,
    испустит дух, и где он?

Как исчезает вода из озера,
    как иссякает река и сохнет,

так и смертный ляжет и не поднимется;
    пока не исчезнут небеса, он не проснётся
    и от сна своего не встанет.

О, если бы Ты укрыл меня в мире мёртвых,
    спрятал меня, пока не пройдёт Твой гнев!
О, если бы Ты установил мне срок,
    а потом вспомнил бы обо мне!

Когда человек умрёт, будет ли он жить вновь?
    Все дни моей службы^[c] я бы ждал,
    когда придёт моё избавление.

Ты бы позвал, и я бы ответил;
    творение Твоих рук растрогало бы Тебя.

Тогда Ты считал бы мои шаги,
    но мои грехи не выискивал бы.

Накрепко запечатана была бы моя вина,
    Ты сокрыл бы мои проступки.

Но как гора рушится и дробится,
    и как скала сходит со своего места,

как вода подтачивает камни,
    и потоки смывают почву,
    так и Ты губишь надежды смертного.

Ты теснишь его до конца, и он уходит;
    Ты искажаешь его лицо и отсылаешь его.

В чести ли дети его, он не знает;
    обижают ли их, он не видит.

Он чувствует лишь боль своего тела
    и плачет лишь о себе.