2 Chronicles 33:23

Further, he did not humble himself before the Lord as his father Manasseh [finally] had done, but Amon multiplied his guilt and his sin.

And humbled not himself before the Lord, as Manasseh his father had humbled himself; but Amon trespassed more and more.

Moreover, he did not humble himself before the Lord as his father Manasseh had [d]done, but Amon multiplied guilt.

He didn’t make himself humble in the Lord’s sight as his father Manasseh had done. So Amon became even more guilty.

But unlike his father Manasseh, he did not humble himself before the Lord; Amon increased his guilt.

But unlike his father Manasseh, he did not humble himself before the Lord; Amon increased his guilt.

But unlike his father, he did not humble himself before the Lord. Instead, Amon sinned even more.

إِلّا أَنَّهُ لَمْ يَتَذَلَّلْ أَمَامَ الرَّبِّ كَمَا تَذَلَّلَ أَبُوهُ مَنَسَّى، بَلِ ازْدَادَ شَرّاً.

Men i modsætning til sin far vendte han ikke senere tilbage til Herren.

Doch anders als Manasse bereute er nicht, was er getan hatte, und kehrte nicht zum Herrn zurück, sondern lud immer mehr Schuld auf sich.

Pero, a diferencia de su padre Manasés, no se humilló ante el Señor, sino que multiplicó sus pecados.

Pero, a diferencia de su padre Manasés, no se humilló ante el Señor, sino que multiplicó sus pecados.

Il ne s’humilia pas devant l’Eternel comme l’avait fait son père Manassé. Au contraire, il se rendit extrêmement coupable.

Pero indi siya pareho sa iya amay, kay wala siya nagpaubos sang iya kaugalingon sa Ginoo. Sa baylo, gindugangan pa gid niya ang iya pagpakasala.

그러나 그는 자기 아버지처럼 여호와 앞에서 자신을 낮추지 않고 더욱더 많은 죄를 범하였다.

Maar hij wilde niets weten van bekering, zoals dat bij zijn vader wel het geval was. Integendeel, hij begon steeds zwaarder te zondigen en laadde een zeer grote schuld op zich.

Mas, ao contrário de seu pai Manassés, não se humilhou diante do Senhor, antes, aumentou a sua culpa.

Mas não se arrependeu perante o Senhor, como ele, antes foi agravando o seu pecado.

El însă nu s-a smerit înaintea Domnului, aşa cum se smerise tatăl său, Manase, astfel că Amon acesta şi-a mărit tot mai mult vina.

Но в отличие от своего отца Манассы, он не смирил себя перед Вечным – Амон грешил всё больше и больше.

Но в отличие от своего отца Манассы, он не смирил себя перед Вечным – Амон грешил всё больше и больше.

Но в отличие от своего отца Манассы, он не смирил себя перед Вечным – Амон грешил всё больше и больше.

Но, в отличие от своего отца Манассии, он не смирил себя перед Господом – этот Амон лишь умножал свою вину.

men han ödmjukade sig inte inför Herren, som hans far Manasse hade gjort, utan ökade i stället skulden mer och mer.

แต่ไม่ได้ทรงถ่อมพระองค์ลงต่อหน้าองค์พระผู้เป็นเจ้าเหมือนมนัสเสห์ราชบิดา อาโมนกลับทำผิดมากยิ่งขึ้น

可是，亚们没有像他父亲玛拿西一样在耶和华面前谦卑下来。相反，他犯的罪日益增加。

不 在 耶 和 华 面 前 像 他 父 玛 拿 西 自 卑 。 这 亚 们 所 犯 的 罪 越 犯 越 大 。

可是，亞們沒有像他父親瑪拿西一樣在耶和華面前謙卑下來。相反，他犯的罪日益增加。