суд 16

Однажды Самсон пошёл в Газу и, увидев там блудницу, зашёл к ней.

Жителям Газы сказали:

– Самсон здесь! – и они, окружив то место, устроили на него засаду у городских ворот.

Они не трогались с места всю ночь, говоря:

– На рассвете мы его убьём.

Но Самсон лежал только до полуночи. В полночь он встал, схватил двери городских ворот вместе с обоими косяками и вырвал их вместе с засовом. Он поднял их на плечи и отнёс на вершину горы, что напротив Хеврона.

Прошло время, и он полюбил женщину из долины Сорек, которую звали Далила.

Правители филистимлян пришли к ней и сказали:

– Разговори его и выведай, в чём тайна его великой силы и как нам его одолеть, чтобы связать и усмирить. Каждый из нас даст тебе по тринадцать килограммов^[a] серебра.

Далила сказала Самсону:

– Расскажи мне, откуда у тебя такая великая сила и чем тебя можно связать и усмирить?

Самсон ответил ей:

– Если меня связать семью сырыми тетивами, которые ещё не высохли, я ослабею и стану таким же, как любой другой человек.

Тогда правители филистимлян принесли ей семь сырых тетив, которые ещё не высохли, и она связала его.

Во внутренней комнате у неё спрятались люди в засаде, и она сказала Самсону:

– Самсон, на тебя идут филистимляне!

Но он разорвал тетивы, как рвётся нитка из пакли, когда касается огня. И тайна его силы осталась нераскрытой.

Тогда Далила сказала Самсону:

– Ты смеялся надо мной и лгал мне. Прошу тебя, скажи мне, чем тебя можно связать?

Он сказал:

– Если меня крепко связать новыми верёвками, которыми никто ещё не пользовался, я ослабею и стану таким же, как любой другой человек.

Далила взяла новые верёвки, связала его и сказала ему:

– Самсон, на тебя идут филистимляне!

(А люди в засаде прятались у неё во внутренней комнате.) Но он разорвал верёвки на руках, как нитки.

Тогда Далила сказала Самсону:

– Ты всё смеёшься надо мной и лжёшь мне. Ну скажи же мне, чем тебя можно связать?

Он ответил:

– Если ты вплетёшь семь моих кос в ткань на ткацком станке и закрепишь её гвоздём, я ослабею и стану таким же, как любой другой человек.

Когда он спал, Далила взяла семь его кос, вплела их в ткань

и закрепила её гвоздём.

После этого она позвала его:

– Самсон, на тебя идут филистимляне!

Он проснулся, выдернул гвоздь и вывернул с места ткацкий станок с тканью.

Тогда она сказала ему:

– Как ты можешь говорить: «Я люблю тебя», если ты мне не доверяешь? Вот уже третий раз ты издеваешься надо мной и не говоришь, откуда у тебя такая великая сила.

Так она изводила его день за днём, пока не надоела ему до смерти.

И он рассказал ей всё.

– Моей головы никогда не касалась бритва, – сказал он ей, – потому что я – назорей, посвящённый Всевышнему, с самого рождения. Если бы мне остригли голову, моя сила покинула бы меня и я, ослабев, стал бы таким же, как любой другой человек.

Поняв, что он рассказал ей всё, Далила послала сказать правителям филистимлян:

– Приходите ещё раз: он рассказал мне всё.

Правители филистимлян вернулись с серебром в руках.

Усыпив его у себя на коленях, она позвала человека и велела ему остричь^[b] семь кос Самсона, ослабляя его этим, и сила покинула его.

Она крикнула:

– Самсон, на тебя идут филистимляне!

Он проснулся и подумал:

– Выберусь, как и прежде, освобожусь!

Он не знал, что Вечный покинул его.

А филистимляне схватили его, выкололи ему глаза, отвели его в Газу и заковали в бронзовые кандалы. Там они заставили его молоть зерно в темнице.

Но волосы у него стали отрастать заново.

Смерть Самсона

Филистимские правители собрались, чтобы принести великую жертву своему богу Дагону^[c] и повеселиться. Они говорили:

– Наш бог отдал Самсона, нашего врага, в наши руки.

Видя его, народ славил своего бога:

Развеселившись, они начали кричать:

– Позовите Самсона, пусть он нас развлечёт.

Они позвали Самсона, чтобы он забавлял их. Когда они поставили его между столбами,

Самсон сказал слуге, который держал его за руку:

– Поставь меня там, где я смогу нащупать столбы, которые поддерживают храм, чтобы мне на них опереться.

А храм был полон мужчин и женщин. Там были все правители филистимлян, а на крыше около трёх тысяч мужчин и женщин смотрели на Самсона.

И Самсон взмолился к Вечному:

– О Владыка Вечный, вспомни меня! Всевышний, прошу Тебя, укрепи меня ещё лишь раз и дай мне одним ударом отомстить филистимлянам за оба моих глаза.

Самсон схватился за два главных столба, на которых стоял храм. Уперевшись в один из них правой, а в другой – левой рукой,

Самсон сказал:

– Пусть я погибну вместе с филистимлянами!

Он надавил изо всех своих сил, и храм рухнул на правителей и на народ, который в нём был. И при своей смерти он убил гораздо больше филистимлян, чем при жизни.

Его братья и вся семья его отца пришли забрать его. Они унесли и похоронили его между Цорой и Эштаолом, в гробнице Маноаха, его отца. Самсон был судьёю в Исроиле двадцать лет.