соф 2

Собирайся, собирайся,
    народ бесстыжий,

пока не исполнилось определённое Вечным,
    и не пролетели благоприятные дни,
    как гонимая ветром мякина,
пока не опалил вас пылающий гнев Вечного,
    пока не пришёл к вам день Его ярости.

Ищите Вечного, все смиренные на земле,
    творящие Его волю.
Ищите праведности, ищите кротости –
    может быть, вам удастся укрыться
    в день Его гнева.

Будет покинута Газа,
    и Ашкелон превратится в руины.
Опустеет в полдень Ашдод,
    и с корнем будет исторгнут Экрон.

Горе вам, жители побережья,
    народ с Крита^[a];
Вечный оглашает тебе приговор,
    Ханаан, земля филистимлян:
– Я погублю тебя –
    и не останется уцелевших.

Станет пастбищем ваше побережье,
    с пастушьими хижинами
    и загонами для овец.

Достанется побережье уцелевшим из Иудеи;
    там они будут пасти свои стада
и будут ложиться спать
    в домах Ашкелона.
Вечный, их Бог, позаботится о них
    и вернёт им благополучие.

– Я услышал брань Моава
    и насмешки аммонитян –
как они ругали народ Мой
    и угрожали его земле.

Поэтому верно, как и то, что Я живу, –
    возвещает Вечный, Повелитель Сил, Бог Исраила, –
с Моавом будет то же, что и с Содомом,
    с аммонитским народом – что и с Гоморрой^[b] –
станут царством крапивы, соляной ямой
    и мёртвой пустошью навеки.
Оставшиеся из Моего народа разграбят их,
    уцелевшие из Моего народа унаследуют их землю.

Вот что они получат за свою кичливость,
    за то, что они издевались и заносились
    над народом Вечного, Повелителя Сил.

Страшен будет для них Вечный,
    когда истребит всех богов земли.
Народы всех побережий поклонятся Ему,
    каждый в своём краю.

– И вы, эфиопы,
    от Моего меча падёте.

Он протянет Свою руку на север
    и погубит Ассирию,
сделает Ниневию пустошью мёртвой,
    сухой, как пустыня.

Там будут ложиться на отдых стада
    и разные дикие звери.
Пустынная сова и ёж будут ночевать
    в капителях колонн, лежащих повсюду,
    и голос их будет доноситься из окон.
На пороге будет запустение,
    и обнажится кедровая обшивка дверей.

Тот ли это ликующий город,
    живший беспечно,
говоривший себе:
    «Со мной никто не сравнится»?
Он обратился в руины,
    стал логовом для зверья!
Все, кто мимо идёт, издеваются
    и презрительно машут рукой.