езек 7

Было ко мне слово Вечного:

Было ко мне слово Вечного:

– Смертный, так говорит Владыка Вечный земле исраильской: Конец! Конец пришёл на четыре края земли!

– Смертный, так говорит Владыка Вечный земле исроильской: Конец! Конец пришёл на четыре края земли!

Теперь тебе конец, и Я изолью Свой гнев на тебя. Я буду судить тебя по твоим поступкам и накажу за все твои омерзительные обычаи.

Теперь тебе конец, и Я изолью Свой гнев на тебя. Я буду судить тебя по твоим поступкам и накажу за все твои омерзительные обычаи.

Я не посмотрю на тебя с жалостью и не пощажу; Я непременно накажу тебя за твоё поведение и омерзительные обычаи. Тогда вы узнаете, что Я – Вечный.

Я не посмотрю на тебя с жалостью и не пощажу; Я непременно накажу тебя за твоё поведение и омерзительные обычаи. Тогда вы узнаете, что Я – Вечный.

Так говорит Владыка Вечный: Беда за бедой! Смотрите, идёт беда.

Так говорит Владыка Вечный: Беда за бедой! Смотрите, идёт беда.

Конец настал! Настал конец! Он поднялся против тебя. Смотрите, кто пришёл!

Конец настал! Настал конец! Он поднялся против тебя. Смотрите, кто пришёл!

Гибель пришла к тебе – к тебе, обитатель земли. Время настало, день близок; смятение, а не радость, царит на горах.

Гибель пришла к тебе – к тебе, обитатель земли. Время настало, день близок; смятение, а не радость, царит на горах.

Скоро Я изолью на тебя Свою ярость и обращу на тебя Свой гнев; Я буду судить тебя по твоим поступкам и накажу тебя за твои омерзительные обычаи.

Скоро Я изолью на тебя Свою ярость и обращу на тебя Свой гнев; Я буду судить тебя по твоим поступкам и накажу тебя за твои омерзительные обычаи.

Я не посмотрю на тебя с жалостью и не пощажу; Я воздам тебе по твоим поступкам и омерзительным обычаям. Тогда вы узнаете, что Я – Вечный, Который карает.

Я не посмотрю на тебя с жалостью и не пощажу; Я воздам тебе по твоим поступкам и омерзительным обычаям. Тогда вы узнаете, что Я – Вечный, Который карает.

Вот он, этот день! Он настал! Гибель пришла. Жезл расцвёл; гордыня дала ростки.

Вот он, этот день! Он настал! Гибель пришла. Жезл расцвёл; гордыня дала ростки.

Насилие выросло в жезл, чтобы сокрушить беззаконие; никого из них не останется; не останется ни довольства их, ни богатства, ни преимущества.

Насилие выросло в жезл, чтобы сокрушить беззаконие; никого из них не останется; не останется ни довольства их, ни богатства, ни преимущества.

Время настало, приблизился день. Да не радуется купивший, и продавший да не скорбит, потому что Мой гнев пылает на всё их множество.

Время настало, приблизился день. Да не радуется купивший, и продавший да не скорбит, потому что Мой гнев пылает на всё их множество.

Продавший не вернёт земли, которую он продал, до конца своей жизни,^[a] потому что видение относится ко всему их множеству, и оно не будет упразднено. Из-за своих грехов никто из них не сохранит жизни.

Продавший не вернёт земли, которую он продал, до конца своей жизни,^[a] потому что видение относится ко всему их множеству, и оно не будет упразднено. Из-за своих грехов никто из них не сохранит жизни.

Пусть они трубят в трубы и готовятся: никто из них не выйдет на бой, потому что Мой гнев пылает на всё их множество.

Пусть они трубят в трубы и готовятся: никто из них не выйдет на бой, потому что Мой гнев пылает на всё их множество.

Снаружи – меч, внутри – мор и голод; те, кто в поле, погибнут от меча, а те, кто в городе, умрут от голода и мора.

Снаружи – меч, внутри – мор и голод; те, кто в поле, погибнут от меча, а те, кто в городе, умрут от голода и мора.

Все, кто уцелеет и спасётся, будут в горах, как голуби, изгнанные из долины; все они будут скорбно стонать, каждый из-за своих грехов.

Все, кто уцелеет и спасётся, будут в горах, как голуби, изгнанные из долины; все они будут скорбно стонать, каждый из-за своих грехов.

У всех руки опустятся, и у всех колени ослабнут, как вода.

У всех руки опустятся, и у всех колени ослабнут, как вода.

Они наденут рубище и будут объяты трепетом. На всех лицах будет написан стыд, головы у всех будут обриты.

Они наденут рубище и будут объяты трепетом. На всех лицах будет написан стыд, головы у всех будут обриты.

Они бросят своё серебро на улицах, а их золото станет считаться нечистым. Серебро и золото не смогут спасти их в день гнева Вечного. Люди не утолят ими голода и не наполнят желудок. Ведь золото и серебро стали им преградой и ввели их в грех.

Они бросят своё серебро на улицах, а их золото станет считаться нечистым. Серебро и золото не смогут спасти их в день гнева Вечного. Люди не утолят ими голода и не наполнят желудок. Ведь золото и серебро стали им преградой и ввели их в грех.

Из прекрасных украшений, которыми они гордились, они отлили омерзительные истуканы, свои гнусности. За это Я сделаю украшения нечистыми для них.

Из прекрасных украшений, которыми они гордились, они отлили омерзительные истуканы, свои гнусности. За это Я сделаю украшения нечистыми для них.

Я отдам украшения в добычу чужеземцам, в наживу злодеям земли, и они осквернят их.

Я отдам украшения в добычу чужеземцам, в наживу злодеям земли, и они осквернят их.

Я отверну от них лицо, и они осквернят Моё сокровенное место^[b]; грабители войдут туда и осквернят его.

Я отверну от них лицо, и они осквернят Моё сокровенное место^[b]; грабители войдут туда и осквернят его.

Готовь цепи, потому что страна полна кровавых преступлений, а город объят насилием.

Готовь цепи, потому что страна полна кровавых преступлений, а город объят насилием.

Я приведу худшие из народов, и они завладеют их домами; Я положу конец гордыне сильных, и их капища будут осквернены.

Я приведу худшие из народов, и они завладеют их домами; Я положу конец гордыне сильных, и их капища будут осквернены.

Когда придёт ужас, они станут искать мира, но его не будет.

Когда придёт ужас, они станут искать мира, но его не будет.

Беда последует за бедой, и за слухами – новые слухи. Они будут просить от пророков видений; священнослужители перестанут преподавать Закон, и старейшины не найдут для вас советов.

Беда последует за бедой, и за слухами – новые слухи. Они будут просить от пророков видений; священнослужители перестанут преподавать Закон, и старейшины не найдут для вас советов.

Царь будет скорбеть, вождь впадёт в отчаяние, и задрожат руки простонародья. Я поступлю с ними по их поступкам и стану судить их по их же правилам. Тогда они узнают, что Я – Вечный.

Царь будет скорбеть, вождь впадёт в отчаяние, и задрожат руки простонародья. Я поступлю с ними по их поступкам и стану судить их по их же правилам. Тогда они узнают, что Я – Вечный.